Официальный сайт Максима Галкина Итервью Максима Галкина журналу "Итоги"
Четверг, 07 Март 2013 00:00

Итервью Максима Галкина журналу "Итоги"

 «У людей нередко складывается ошибочное представление об артистах. Дескать, все поголовно халтурщики и «фанерщики». Не нужно огульных обобщений. Чтобы процветать в шоу-бизнесе, надо положить колоссальные силы», ─ утверждает Максим Галкин.

 

ЖИЗНЬ УДАСТСЯ

 

На бис!

 

Андрей Ванденко

 

Три года не баловавший столичную публику сольными концертами Максим Галкин в минувшие выходные отметился полновесными выступлениями в Государственном Кремлевском дворце. Популярному и любимому народом пародисту и телеведущему аншлаг был гарантирован при любом раскладе. Но повод ли это, чтобы почивать на лаврах?

 

─ Не устали, Максим, постоянно улыбаться? Как не взглянешь на вас, вечно сияете. Хронически хорошее настроение или имидж обязывает?

 

─ Я был таким, даже когда не знал значения слова «имидж». У меня же счастливое детство!

 

─ А также отрочество, юность и зрелость?

 

─ Надеюсь, и старость провести с улыбкой. В моей жизни, конечно, возникают какие-то проблемы, этим не отличаюсь от остальных, но стараюсь смотреть на происходящее вокруг с оптимизмом. Так легче живется.

 

─ Везет вам!

 

─ И не пытаюсь оспаривать сей факт. Считаю, с программой «Кто хочет стать миллионером?» тоже вытащил счастливый билет. Место ведущего могло быть занято, я не прошел бы кастинг, но все сложилось удачно.

 

─ Сколько уже лет шоу выходит в эфир Первого?

 

─ Почти семь, с февраля 2001-го.

 

─ И продолжение последует?

 

─ Это рынок: все зависит от руководства канала, а оно ориентируется на зрительский интерес. Пока люди с охотой смотрят «Миллионера», рейтинги остаются очень высокими. Мне тоже все нравится.

 

─ Неужели ни разу не хотелось соскочить?

 

─ А зачем, если дела идут хорошо? Правда, полгода назад был эпизод, меня не устроили условия съемок. Под них оборудовали новое помещение, и оно оказалось не до конца готово, не соответствовало качеству программы. Я понимал, что бытовые неудобства отразятся на результате, и ушел с площадки. При этом речь не шла о завышенных звездных требованиях, я не просил в гримерку ананасы в шампанском. В любом случае вопрос о разрыве с «Миллионером» не стоял. В итоге мы обо всем договорились и записали цикл программ в другие дни. Более проблем за все время не возникало.

 

─ 2001-й, понимаю, оказался для вас ударным? Кроме дебюта в «Миллионере» вы тогда же дали и первый сольный концерт.

 

─ А еще спел дуэтом с Аллой Пугачевой... Да, год получился переломным, но дело тут не только в везении. Я долго, семь лет, шел к профессиональному признанию. Первый мой гастрольный тур проходил по Белоруссии и состоял, кажется, из девяти концертов. На третьем, изображая Витаса, вдруг почувствовал, что устал, пою с трудом, и испугался за голос. Решил увеличить паузы между выступлениями. А сегодня так натренировал связки, что без проблем могу давать хоть по два сольника в день.

 

─ Можете или даете?

 

─ Никогда не халтурил на сцене, не занимался чесом, хотя бывали туры и по месяцу. Да, работаю помногу. А как иначе? Концерты ─ основная статья моих доходов.

 

─ А ведение свадеб, корпоративных вечеринок?

 

─ Если остаются «окна», свободные от гастролей, соглашаюсь с удовольствием. Но конферанс ─ иной жанр, у него свои нюансы: надо запомнить массу информации, не перепутать имена родственников жениха и невесты, соблюсти определенные национальные обычаи. Скажем, в Казахстане не приняты публичные выражения чувств, молодым не кричат «горько!», у корейцев другие традиции, у армян ─ третьи, у евреев ─ четвертые…

 

─ Комфортно чувствуете себя в роли массовика-затейника?

 

─ Не вижу ничего унизительного или обидного. Важно быть уместным и не пытаться читать Зощенко жующей аудитории. Стараюсь создать соответствующую событию атмосферу, чтобы у людей осталась о нем добрая память. Все-таки свадьбы случаются не каждый день.

 

─ С вашим участием ─ тем более. Удовольствие, подозреваю, не из дешевых?

 

─ Так ведь и я выступаю не с дежурными блюдами, почти всегда предлагаю штучный товар. Предварительно встречаюсь с родней виновников торжества, узнаю подробности, чтобы у гостей праздника возникла иллюзия, будто мы с женихом и невестой в одной песочнице в детстве игрались… Понимаете, для меня не столь важно, сто человек в зале или миллион телезрителей у экранов, в любом случае ратую за качественную работу. Хотя, конечно, заказными выступлениями увлекаться не стоит. Знаю коллег-юмористов, которые заигрались на банкетах и не смогли потом вернуться на сцену, потеряли жанровую квалификацию. Все-таки форму надо поддерживать афишными концертами, а не частными вечеринками.

 

─ Наверное, сложно устоять перед соблазном деньжат срубить.

 

─ Напрасно думаете, будто нам что-то достается без труда. У людей нередко складывается ошибочное представление об артистах. Дескать, все поголовно халтурщики и «фанерщики». Не нужно огульных обобщений. Я, к примеру, всегда выступаю с живым звуком, на мой взгляд, для пародиста это закон. Чтобы процветать в шоу-бизнесе, надо положить колоссальные силы. Нет, не жалуюсь, не называю себя бедным и несчастным. Работаю в удовольствие, но не скажу, будто все дается легко и просто. Иногда после концерта полночи не удается заснуть, такой выброс адреналина… Словом, рассказы о дармовых заработках артистов ─ зло, они порождают мифы, а потом фискальные органы начинают проявлять повышенный интерес к нашим гонорарам, ища нетрудовые доходы.

 

─ И на вас наезжают?

 

─ Да я столько налогов плачу!

 

─ Сколько?

 

─ Много! Отдаю государству все, что положено, и сплю спокойно. Нефтью не торгую, черной икрой не промышляю, но оставшегося хватает на строительство дорогого дома в Подмосковье или покупку новой машины.

 

─ Слышал, Максим, ваш шестиэтажный дворец потянул на десять миллионов долларов?

 

─ Откуда взялась эта цифра, если работы не завершены, и окончательной сметы не знает никто, даже я? Что касается этажей, тут все верно, но это делается не из страсти к гигантомании. Изначально не собирался возводить что-либо столь масштабное.

 

─ Аппетит обычно приходит во время еды.

 

─ Все время пытаетесь подбросить мне неверную мотивацию! Нет, речь о другом. Я построил то, что будет органично смотреться в этом месте.

 

─ Обычно люди стремятся из грязи в князи, а вы совершили обратный путь.

 

─ Извините, дворянского титула никогда не носил, а что деревня называется Грязь, так это очень по-российски… Три с половиной года назад я решил купить участок. Цены ведь растут постоянно. Бизнеса у меня не было и нет, считаю, им нельзя заниматься факультативно. Любому делу, будь то производство чипсов или зубной пасты, надо отдавать время, силы, душу, если хочешь добиться результата.

 

─ Поэтому у Пугачевой и не пошло?

 

─ Ну да, у Аллы есть фабрика в Краснодарском крае, кажется, собирается продавать ее… Словом, держать деньги в чулке еще более глупо, они быстро обесцениваются, вот я и вложился в землю. Сначала не планировал ничего строить, но участок так понравился, что не смог удержаться. Это холм со старыми, вековыми деревьями, куда просился именно готический замок, хоть ты тресни! Строение должно было выглядеть соразмерно участку в гектар, трехсотлетней липе и двухсотлетней сосне. Полгода колдовал с архитекторами над проектом, и шесть этажей появились из-за башни. Она у меня не декоративная, а жилая ─ с лифтовой шахтой, широкой лестницей, высокими потолками и смотровой площадкой. Сооружение, на мой взгляд, получилось стильное. Я перелопатил кучу литературы, стал крупным специалистом по замкам. Никого удивлять масштабами не собирался, никак не афишировал стройку, скрывал ее от всех, кроме родных. Полтора года держал все в тайне, но потом папарацци разнюхали, и понеслось… Меня буквально задолбали вопросом: почему замок? Не знал, как от этого отбиться, и тут судьба подбросила ответ. Под прошлый Новый год пошел я на одну вечеринку телевизионщиков, где случайно встретил Феклу Толстую и столь же неожиданно вспомнил, что человек, продававший мне участок, называл эту фамилию. Мол, прежде усадьба принадлежала кому-то из Толстых. Я понимал: род не самый маленький на Руси, лишь ныне здравствующих носителей фамилии не менее двух сотен. Это официальных наследников, не считая тех, кого Лев Николаевич настрогал по округе Ясной Поляны. Словом, вероятность, что Фекла когда-либо слышала о деревне Грязь, была ничтожно мала, но я все же решил полюбопытствовать. Оказалось, в позапрошлом году Фекла отыскала в бумагах деда, внука Льва Николаевича, акварельный рисунок некой усадьбы, на обороте которого было написано: «Имение Натальи Ивановны Толстой в деревне Грязь в шести верстах от Звенигорода». Естественно, я еще до Нового года съездил к Фекле на дачу. Мне не терпелось взглянуть на акварель. И что я увидел? Хотите ─ верьте, хотите ─ нет: замок в стиле романской готики!

 

─ Вы мистик, Максим?

 

─ Абсолютно нет. Но и логического объяснения случившемуся не нахожу. Конечно, полного совпадения нет, но отдельные элементы повторены в точности. Даже скат крыши и цвет стен те же. Можно сказать, я восстановил историческую справедливость.

 

─ А дельфинарий будет?

 

─ Не читайте желтую прессу! Все, что там пишется, чушь. Я с детства люблю животных и никогда не стану причинять им боль и мучения. Тем более, ради собственного удовольствия.

 

─ Когда новоселье?

 

─ Никуда не спешу. Мне постоянно приходят в голову свежие идеи, которые хочется реализовать. Увлекает сам процесс. Сейчас вот начнется чистовая отделка, новый простор для творчества откроется…

 

─ Достроите дом, и сердце успокоится?

 

─ Знаете, оно волнуется не по таким поводам. Всю жизнь меня беспокоило, что делать дальше. Наверное, не переживал, когда первый номер придумывал. Он был как хобби. А со второго началась работа… Постоянно надо чем-то удивлять зрителя, а это с каждым разом все труднее. Голова совершенно не отдыхает. И ведь даже остановиться для передышки нельзя.

 

─ Боитесь, что обгонят?

 

─ Все равно я самый строгий себе экзаменатор, лучше других знаю свои минусы и плюсы…

 

─ А что, интересно, вы делаете 31 декабря, когда полстраны, присев у экранов с салатом оливье, смотрит концерт Максима Галкина?

 

─ Тоже сижу у телевизора вместе со всеми.

 

─ Наслаждаетесь?

 

─ Нет, делаю это исключительно из профессиональной надобности.

 

─ Без свидетелей?

 

─ Почему? Предпочитаю компанию близких, родных по духу людей. Отслеживаю их реакцию, проверяю, что удалось, а где ошибся. Уже несколько лет встречаю Новый год с Аллой Пугачевой на Истре. В последний раз еще были Коля Басков с женой, Серега Дроботенко, Аллина подруга Алина... Человек восемь набралось.

 

─ Сколько ваших новогодних программ вышло на Первом канале?

 

─ Надеюсь, накануне этого нового года зрители увидят шестую…

 

─ Кроме себя, что-то по телевизору еще смотрите?

 

─ Регулярно и, если время позволяет, помногу.

 

─ Какие эмоции вызывает увиденное?

 

─ Разные. Не считаю, будто наше телевидение такое уж плохое. Не хуже западного. Во многом даже лучше. Что касается тезиса об отуплении аудитории, в том числе, низкопробным, «плинтусным» юмором, могу с ним согласиться. Наверное, время такое: кому-то выгодно, чтобы люди глубоко не задумывались… Но есть еще одна, не менее серьезная проблема, о которой недавно говорил Такеши Китано. Гламуризация насилия. Ладно бы, это снималось стебно и изящно, как у Тарантино, а то ведь экран залит реками крови, идет смакование ужасов, упоение бессмысленной жестокостью. Зачем?! К счастью, подобное, происходит не повсеместно. Очень достойный канал «Культура». Правда, хочу сказать его руководителям: культура ─ это не только классика, опера и балет. Есть современное искусство, попытайтесь им привлечь внимание новой аудитории. Интерес молодых надо завоевывать, а для этого смелее идти на эксперименты.

 

─ А что несет в массы Галкин?

 

─ Я не несу, а развлекаю. При этом стараюсь не уронить достоинства ─ ни своего, ни зрителей.

 

─ Для вас существуют какие-то внутренние запреты на ТВ?

 

─ Табу, пожалуй, нет. Хотя, к примеру, не считаю себя человеком, подходящим к формату ток-шоу. Там обычно все сводится к словесной перепалке, обмену репликами. За этим интересно наблюдать со стороны, но сам участвовать не хочу. Предпочитаю разговор один на один. Поэтому и не был на программах у глубоко мною любимой Лолиты или Андрея Малахова.

 

─ А в жанре пародии ограничения есть?

 

─ Не оскорбляю людей, не переступаю грань между юмором и издевкой. Ребята из «Комеди Клаб» частенько перебирают, но это их личное дело. Для меня подобное отношение к персонажам неприемлемо. Еще не изображаю ушедших из жизни политиков. Ни Сталина, ни Хрущева, ни Брежнева. Теперь вот и Ельцина не буду. Когда Борис Николаевич умер, я гастролировал в Израиле. В первый вечер в Тель-Авиве играл его, а перед концертом в Хайфе услышал известие из Москвы и ─ все. Страница перевернута. Над покойниками не шутят… К сожалению, таких характерных мужиков, как Борис Николаевич, в политике почти не осталось, и говорить о ней стало скучно. Народ не интересуется этой сферой. Надеюсь, хотя бы политики не охладели к народу… За исключением президента все прочие фигуры максимально не индивидуализированы. Среднеевропейский обезличенный вариант. Только собрался изобразить Фрадкова, а кабинет министров поменялся. В Зубкове пока не увидел, за что зацепиться…

 

─ Остаются Рената Литвинова да Алла Пугачева.

 

─ В искусстве яркие персонажи, к счастью, пока не перевелись, но есть особенно дорогие, вы правы. Я иногда даже по телефону за Аллу Борисовну отвечаю, разыгрываю тех, кто ей звонит.

 

─ Так вы живете вместе?

 

─ В одном пространстве. И душа в душу.

 

─ Когда свадьба, Максим?

 

─ Пока не планируется. С кем бы то ни было.

 

─ А кого позовете конферансье на торжество, когда с духом соберетесь?

 

─ Смотря, кто доживет до того момента. Знаете, мне и холостяком неплохо. Видите, улыбаюсь…

 

─ Жизнь удалась?

 

─ Фраза для смертного одра. Звучит печально и безысходно. Конец праздника. Согласен на другую формулировку: жизнь должна удастся. Все впереди!

Оставить комментарий